Цитаты Шарль де Костер

Не пей больше, — сказал Уленшпигель. — Питьё наспех полезно только для почек. Больше пользы возлияние принесёт тому, у кого совсем нет вина.

… разве воздух Фландрии стал до того густ, что тебе достаточно им подышать — и ты уже муха, точно мяса наелась? Вот бы всем так! Дождь заменял бы похлёбку, град — бобы, снег превратился бы в дивное жаркое, и усталые путники замаривали бы им червячка.

Из пепла возникло семь других образов. Один из них сказал:
— Прежде мне имя было Гордыня, а теперь я зовусь — Благородная гордость. Потом заговорили другие <...> Скупость преобразилась в Бережливость, Гнев — в Живость, Чревоугодие — в Аппетит, Зависть — в Соревнования, Лень — в Мечту поэтов и мудрецов. А Похоть, только что сидевшая на козе, превратилась в красавицу, имя которой было Любовь.

Надобно знать, что на свете существует два сорта лодырей: одни клянут всякую работу, другие ноют, когда им приходится что-нибудь делать

— Что ж, лови её, — сказал он, — сажай в клетку, и пусть она поет тебе песни, ну, а я тебя самого посажу в клетку с толстыми железными прутьями и заставлю петь. Ты любишь бегать, а тогда уж не побегаешь. Будет холодно, а ты сиди себе в тени; будет жарко — сиди на солнцепёке. Потом как-нибудь в воскресенье мы уйдём, забудем оставить тебе еды и вернёмся не раньше четверга, а когда вернёмся, то увидим, что наш Тиль протянул лапки — умер с голоду.

— Господин осёл, — говорил он дорогой, — ты послушно бежишь за двумя-тремя жалкими головками репейника, а целое поле репейника ты бросил. Так же точно поступают и люди: одни гонятся за цветами славы, которые Фортуна держит у них перед носом, другие — за цветами барышей, третьи — за цветами любви. А в конце пути они, подобно тебе, убеждаются, что гнались за малостью, позади же оставили кое-что поважней — здоровье, труд, покой и домашний уют.

Как прозреешь — погляди на него, а когда-нибудь потом, если тебя вдруг одолеют сомнения и ты не будешь знать, как поступить, спроси у него совета. Оно ясное и горячее. Будь же настолько чист сердцем, насколько ясно солнце, и настолько добр, насколько оно горячо.

Чем дороже нам наши возлюбленные, тем сильнее мы к ним привязываемся. Так же точно обстоит и с народами. Чем больше мы с них тянем, тем сильнее они нас любят.

… никогда не лишай свободы ни человека, ни животное — свобода есть величайшее из всех земных благ. Предоставь каждому греться на солнце, когда ему холодно, и сидеть в тени, когда ему жарко.