1928 красивых цитат ироничные цитаты

— Джордж, — сказал он. — Дело касается моего сына. — Молодого Артаксеркса Шнелля? — Именно так. Он сейчас второкурсник университета Тэйта, и с ним там не всё в порядке. Я прищурился: — Он связался с дурной компанией? Залез в долги? Попался на удочку потрёпанной официантке из пивного бара? — Хуже, Джордж! Гораздо хуже! — с трудом выговорил Антиох Шнелль. — Он мне сам никогда этого не говорил — духу не хватило: но ко мне пришло возмущённое письмо от его однокурсника, написанное строго конфиденциально. Старый мой друг, Джордж, мой сын — а, ладно! Назову вещи своими именами. Джордж, он изучает вычислительную математику! — Изучает вычис... — Я был не в силах этого повторить. Старый Антиох Шнелль безнадёжно и горестно кивнул: — И ещё политологию. Он ходит на занятия, и его видели с книгой. — О Боже! — только и смог я произнести. — Я не могу поверить такому про моего сына, Джордж. Если бы об этом услышала его мать, её бы это убило. Она очень чувствительна, Джордж, и у неё слабое сердце. Я заклинаю тебя старой дружбой, съезди в университет Тэйта и выясни, в чем дело. Если его заманили стипендией — приведи его в чувство как-нибудь — не для меня, а ради его бедной матушки и его самого.

Пуаро вздохнул. — Как мне не хватает моего друга Гастингса! У него такое богатое воображение. Такой романтический склад ума! Правда, его предположения обычно были неверными... но мне это давало толчок, импульс.

Пуаро вручил мисс Лемон утреннюю корреспонденцию. — Будьте так добры, мадемуазель, ответьте на все эти письма отказом, естественно, в корректной форме. Мисс Лемон быстро пробежала письма взглядом, попутно помечая каждое соответствующим иероглифом. Это был ее собственный код, понятный только ей одной: «слегка польстить», «дать пощечину», «помурлыкать», «коротко и резко» и так далее.

– Насколько я понял, передо мной излюбленный герой приключенческих историй – сыщик-любитель, – сказал я. – Не уверен, что в реальной жизни они и впрямь оказываются удачливей профессионалов.

И кто-то обязательно начинает говорить про моего жуткого сыщика Свена Хьерсона. Какой он замечательный. Знали бы они, до чего я его ненавижу! Но мой издатель категорически запретил мне в этом признаваться.

— ... они нынче такие невежественные, — вздохнула миссис Оливер. — Нет, правда. Все, что им известно, — это имена их любимых певцов, поп-групп или диск-жокеев. А если вдруг понадобится специалист, врач, скажем, или сыщик, или дантист, тогда они просто спрашивают у подруги: к кому бы лучше обратиться?

— Эти вишни у вас совсем недавно? — Он плавно очертил круг чайной ложкой, подумав про себя: «Не комната, а какой-то вишневый сад». — По-вашему, их слишком много? — спросила миссис Оливер. — С обоями так трудно угадать. По-вашему, прежние были лучше? Пуаро напряг память, и перед глазами всплыло множество диковинной расцветки тропических птиц в гуще джунглей. Он чуть было не сказал: «Plus са change, plus s'est la meme chose», но удержался.

В последний раз, когда он видел миссис Оливер, она была причесана просто и строго. А нынче ее волосы были уложены пышными буклями и локонами от затылка до лба. Пышность эта была подозрительно роскошна. Пуаро попробовал представить, сколько этих буклей и локонов может вдруг отвалиться, если миссис Оливер придет в возбуждение, что с ней случалось довольно часто.

В голову ему пришло банальнейшее клише «удрученная красавица», и, когда Джордж распахнул дверь перед посетительницей, он с разочарованием мысленно покачал головой и вздохнул. Во всяком случае, не красавица, да и особой удрученности незаметно. Легкая растерянность, не больше.

— Обязательно приезжайте и все мне расскажите. Приедете? Сегодня же. Я напою вас чаем. — Днем я чай не пью. — Ну так кофе. — В такое время дня я обычно кофе не пью. — Шоколад? Со взбитыми сливками? Или отвар? Вы ведь так любите ячменный отвар. Лимонад? Оранжад? А если вы предпочитаете кофе без кофеина, то я попробую достать… — Ah са, non, exemple! Без кофеина… Это форменное надругательство! — Ну так какой-нибудь ваш любимый сироп. А, знаю! У меня где-то в шкафу есть бутылка «Райбены». — Это что еще такое? — Витаминизированный напиток из сока черной смородины. — Право, я готов сдаться. Вы предлагаете столько соблазнов, мадам!

— Она сказала, что не хочет быть невежливой, но что… — вы только послушайте! — что я слишком стар! Миссис Оливер поспешила его утешить: — Что вы хотите! Если человеку больше тридцати пяти, молоденькие девчонки считают его чуть ли не полутрупом.

— Наверное, у него было столько любовных связей, что и не счесть, — сказала Мими. — Э-э.., гм.., вероятно, — промямлил мистер Саттертуэйт, чувствуя себя безнадежно старомодным. — А мне нравится, когда у мужчины есть любовные связи, — продолжала Мими. — Значит, он не гомик и вообще без всяких отклонений. Викторианским представлениям мистера Саттертуэйта был нанесен еще один сокрушительный удар.