Цитаты из книги «Космопсихолухи»

— Футляр футляром, но, если начнется болтанка и его пару раз приложит о стены или сплющит между двумя контейнерами, нам мало не покажется. Во-первых, не расплатимся, во-вторых, не отмоемся.
— Будем пахнуть, как парфюмерная фабрика? — хихикнула Полина.
— Скорее как скотомогильник, — разочаровал ее капитан.

— Ты уверен? — засомневалась Полина. — Какое-то оно синеватенькое…
— Женщина, не учи сына фермера разбираться в мясе, — снисходительно бросил пилот, завязывая пакет.
— А ты не учи зоолога отличать мышцы от сухожилий, — парировала девушка. — Мы же его не прожуем!

Дожидаться возвращения Вениамина у Станислава не было сил, поэтому он прибег к помощи Михалыча – точнее, его ножовки по металлу, прекрасно взявшей и гипс.

Потом Тед добрый час крошил на кухне мясо, лук и пальцы, попеременно пользуясь ножом и баночкой с медицинским коллоидом, а Дэн, Полина и Котька сидели вокруг стола, благоговейно внимая. Тишину нарушали только громкое одобрительное мурлыканье да ругань пилота, в очередной раз приправляющего маринад своей кровью.

У диванчика ног было четыре, поэтому он держался на них куда увереннее: радостно взбрыкивая, доскакал до стенки, игриво боднул Станислава в живот и пополз обратно — корабль вильнул в другую сторону.

Станислав ничего дарить не стал (он и так не ругался, а только вдохнул поглубже, оплачивая счет за мясо, мангал, шесть складных стульев, тент, два мешка угля, канистру средства для розжига и еще кучу мелочей, по которым можно было подумать, что команда собралась не на шашлыки, а в недельный поход на выживание), зато произнес небольшую прочувствованную речь о самом молодом, но оттого не менее ценном члене экипажа.

— А какое оно должно быть? — с любопытством спросил Дэн, внимательно наблюдавший за приятелем.
— С таким специфическим натуральным душком. — Тед отверг очередной кусок.
— Тогда, может, вот это?
— Натуральным и свежим, — уточнил пилот, ознакомившись с претендентом. — Ага, ты-то нам и нужен! — Теодор запихал в пакет самый здоровенный и неприглядный с виду экземпляр.

— Ну и подстраховался заодно. А то она вечно так на меня смотрит, что хочется фигу от сглаза скрутить.
— Еще не хватало тебе моей маме фиги показывать! — возмутилась Полина.
— Ну вот и я так подумал. К тому же крестом оно надежнее будет.

— … Вот вы знаете, как определить пол центаврианина?
— Ну-у-у… — замялся Станислав, смущенно почесывая затылок.
— Не «ну», а по припухлостям на шее! Правда, убей не помню, у кого там какие, но Лика три основных и два дополнительных пола нипочем не перепутает, а у них же еще и обращение к каждому свое!

— Капитан его там убивает? — шепотом спросила Лика с недостойным любящей сестры любопытством. Прошло уже десять минут, а Тед со Станиславом еще не вернулись.
— Не похоже, — разочаровал ее Дэн, методично таская печеньку за печенькой. — У людей слишком низкий болевой порог, они при этом обычно кричат.

Станислав пролистнул пару страниц, любуясь красавцами-скакунами, но зачем кому-то по доброй воле на них влезать, так и не понял. Это же животное, мало ли что ему в башку стрельнет — закусило удила и понесло! А там хоть ты хлыстом его, хоть загадочными «шенкелями» — бесполезно.

— О, слушай, а давай мы с Полиной тебя в «Матушку Крольчиху» сводим!
— Нет, это без меня! — поспешно открестилась Полина.
— Почему? Лицензионные девочки-мальчики, и кафешка там неплохая…
— Извини, но я воспитана в более пуританском духе, — отрезала девушка.
— Я тоже, но в космосе он быстро выветривается.

Тед в юности тоже таким грешил, но, перейдя во «вражеский лагерь», со стыдом обнаружил, что девяносто процентов несостоявшихся аварий — заслуга корабельных пилотов, с матюгами притормаживающих и пропускающих идиотов. Причем не из сострадания, а от нежелания отскребать их с обшивки.

— Но тортик — это как-то мелко, — все-таки возразил пилот. — Хотя если засадить в него стриптизершу…
— Чтобы Дэнька ее пристрелил, когда она внезапно оттуда выскочит? — съязвила Полина. — И Станислав Федотович тоже, боюсь, не удержится.

Пол наконец выровнялся, и плясавшие на нем предметы застыли как в детской игре «Море волнуется — раз, море волнуется — два…». Вздыбленная кошка тут же всосалась под диванчик и продолжила материть пилота оттуда.

Полина посмотрела на Дэна и так страдальчески вздохнула, словно навигатор напоминал ей горячо любимого и недавно почившего супруга.